Weltalter`s lab of tales

  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: сюрреализм (список заголовков)
12:32 

Культ Красной Белки

Нет порядка без хаоса
В магазине были только ароматические свечи. Ароматы были довольно разнообразны: апельсин, лаванда, хвойный чай, волчье ухо и множество других. Мне пришлось купить около сотни штук, и теперь все они стояли в комнате зажженные. Свечки источали отчетливые ароматы, которые смешиваясь выдавали мешающий поступлению кислорода духан.
В руках у меня была толстая истрепанная в труху книга - Гримуар Красной Белки. На полу начерчен ровный круг с непонятными знаками, на который мне пришлось потратить около пяти часов - настолько сложны были знаки и настолько кривы мои руки.
Закрыв книгу, я начинаю читать заученное заклинание призыва:
- О, Красная Белка, откликнись на мой зов, приди ко мне и прими мою жертву!
В ответ моих ушей достигли странные звуки - наверное, это топот Красной Белки. Мне удалось ее призвать, это такое неописуемое счастье!
Но вдруг открылась дверь и в комнату полился свет из коридора, убивая всю заботливо созданную мной магию.
- Ты что, мудак, творишь?! - крикнул мне вошедший человек.
читать дальше.

@темы: рассказы, сюрреализм

09:08 

Абсурдный атракцион. Будни Башкирского речного училища.

Нет порядка без хаоса
К надвигающейся, или у кого-то уже идущей сессии.
Первый год без этого удовольствия, поэтому немного грустно.
Стырено с моей же странички в самиздате.

В училище я появлялась редко, и только в тех случаях, когда у нас не было лекций Борра Яича. Это был толстый, похожий на пирамидку из желе преподаватель, в леопардовом галстуке и желтых мокасинах сорок пятого размера. У него был зычный, как труба Иерихона, голос, от которого мой мозг начинал вибрировать и исходить пузырями. Увидев его первый раз, а поняла, что чувствую себя нехорошо, хотя в утра сытно позавтракала и секунду назад была очень бодрой. Меня тут же начало лихорадить и в глазах рябило, сначала я обессиленно рухнула на парту, под его раскатистое приветствие: "Здравствуйте, Дорогие студенты Башкирского Речного Судоходного училища, Я ваш преподаватель по Кораблеломанию, сегодня мы будем учиться правильно драить палубу. Меня зовут Подзалужный Борр Яевич...". Я увидела, как рисунок морского чудовища на парте начал кокетливо мне подмигивать, а из сумки соседа выползло щупальце и свистнуло у меня тюбик крема для ног. Нужно бежать отсюда!
Я схватила сумку и, настолько резво, насколько позволяло мое теперешнее состояние, последовала прочь мимо ошарашенного жирного человека в желтых тапочках и полосатом галстуке. Больше мы друг друга не видели.
Но наступило время сессии. И мне пришлось признать, что галлюцинации и ужасное самочувствие от его лекций - это одно, получить зачеты от Яича мне всё-таки не помешало бы. Друзей в группе я так и не нажила, только врагов, так что спросить, что делать в данной конкретной ситуации было не у кого. Дам ему взятку, и дело с концом. Мало мне на его паре было утери крема для ног и подмигивающих чудовищ.
"Но там ты останешься с ним наедине" - зазвенел во мне тонкий тревожный голосок - "Вдруг он не захочет денег. Вдруг он захочет твою честь?". Этот желейный человек? Он одной мысли от этого к горлу подкатила тошнота. Я была семнадцатилетней первокурсницей, где то когда-то слышавшей о преподавателях-извращенцах. Я, было бы, испугалась. Но затем вспомнила, кем являюсь. Я страшна как атомная война, поэтому у меня не нашлось друзей в училище, о том, что я девочка можно было догадаться только заглянув в паспорт, и то гарантированы долгие нудные сомнения. Но даже для мальчика мое лицо не было привлекательным: страшно выпирающие скулы, квадратная челюсть, маленькие, глубоко посаженные глаза Тело также было цилинрообразным, ровным, без сучка и задоринки. При всем этом, оно мало походило на человеческое. Может быть меня подкинули родителям инопланетяне? В общем, у меня бы даже минет брать побрезговали.
А это значит, что можно смело идти куда угодно, и не опасаться за свою честь, мне все равно не светит ее когда-нибудь потерять. Здание университета заполнено старательными студентами до отказа, они учили, читали конспекты, не то, что я. Стоп. Что мне мешало выучить материал? А пропуски списать на болезнь? Нет, такой подход не по мне. Подкараулив Борра Яича у единственного туалета на этаже, я налетела на него как гиена на падаль. Не отпуская бедолагу, напуганного моей внешностью, наглостью и голосом, он вяло отнекивался и не хотел договариваться о встрече. Наконец, уже в панике переминаясь с ноги на ногу, он вымолвил "В субботу в четыре, в парке Покатайлы". Удовлетворенная таким ответом, я пустила Яича в туалет.
Так я ждала субботы. Что я должна сказать, как себя повести, как одеться. Учитывая мою внешность, нужно было одеть что-то максимально закрытое, мешковатое и смешивающее меня с толпой. Выбор пал на бежевую, похожую на холщевый мешок тунику с огромным капюшоном, который почти полностью скрывал мое лицо и синие шаровары, которые сшила мне бабушка из старого покрывала. Я была полностью укомплектована и готова к получению зачета.
Дни до субботы тянулись улитками. Я погуляю в парке и получу зачет. Никогда не была в парке имени Покатайло, но он пользовался огромным успехом, особенно у взрослых состоявшихся людей. Борр Яич, как заслуженный кандидат кораблеломательных наук, точно подходил под эту категорию, а вот я нет.
Наступила долгожданная суббота, я в ус не дула, где находятся Покатайло и его парк. В пространстве я ориентировалась очень плохо, часто путалась, в какой стороне моя комната, в какой туалет, к тому же зрение у меня очень плохое. Многого мне стоило добраться до парка. Я дважды села не в тот автобус. Который, просто-напросто следуя привычному маршруту, увозил меня к черту на рога. Я знала о своем топографическом кретинизме, поэтому вышла из дома до первых петухов, и я успела, даже пришла на полчаса раньше.
Все нормально. Это свидание нужно, вроде как, мне, поэтому и ждать должна я. Что ж, жду. В парк меня не пустили, на входе обшманали, спросили документы, и сказали, что я еще маленькая, для таких заведений. Маленькая для парка развлечений? Стоп. Это не вход в парк, я перепутала, всему виной моя близорукость. Я, боясь опоздать, начала искать вход в парк. Вопреки моей обычной кривоглазости нашла его я быстро, но войти побоялась: а вдруг туда тоже не пускают несовершеннолетних.
Я присела на скамейку, подальше от потока людей, что бы ни они меня не пугали, ни я их. Времени прошло прилично, я так засмотрелась на поток разноцветных смешных людей, что забыла, где я нахожусь и для чего живу. Раскатистый голос вернул меня к реальности так резко, что я упала со скамейке, зачем то инстинктивно дернувшись. Судя по всему, это была последняя неосознанная попытка бегства.
Передо мной во всей своей красе стоял великолепный Борр Яич. Я заметила, что на нем были белые кружевные носки, блестящие ботинки с металлическими каблуками и, поверх всей этой красоты, нежно-розовый фартук с рюшками. Я догадалась, что он тоже основательно готовился к нашей встрече и одел парадную форму.
- Здррравствуйте - трубит он как пароходный губок - Это вы хотели обсудить со мной науку кораблеломания.
- Д-да - заикаясь отвечаю я, краем глаза замечая, как от его приветствия шарахнулся мужик с ребенком.
- Тогда пойдемте со мной - протрубил он.
В нашем училище, в те редкие дни, когда я его посещала, ходили слухи, что этот человек постоянно правил пароходом, на котором был сломан гудок. А река в нашем городе крайне опасна, из-за выпускников нашего училища на ней плотное беспорядочное движение. Там то Борр себе голос и поставил.
- Ваш наряд? - с опаской спрашиваю я, боясь обидеть.
- Так теперь все интеллигенты ходят - с недоумением отвечает он - Стыдно такой молодой кра... барышне не следить за веяниями моды.
Его взяла. Я, пристыженная до глубины души, поплелась следом за преподавателем. Мы без препятствий прошли на территорию парка имени Покатайло. Как уже упоминалось, раньше я там не была, и перед моими глазами открылась действительно невероятная картина, кроме того, от присутствия Яича , мне снова стало дурно.
Старая женщина, идущая перед нами, вела за собой на поводке крокодила, который рычащим голосом напевал песню про трех танкистов. Ворота явно были сделаны из живого, шевелящегося плюща. В самом парке от обилия ярких красок, я на мгновение ослепла. К нам на огромной скорости подбежал клоун на ламе, пожелал приятного вечера и вручил по белой блестящей бумажке, без каких либо надписей. Пока я думала, что это такое и зачем оно мне, Яич вполголоса промолвил:
- Крем для ног "Шершавая Ступня" твой был?
Хоть он и говорил тихо, но от звука его голоса, мой беспомощный мозг начал биться в череп, пытаясь обрести свободу. Да и сам вопрос застал меня врасплох.
- Д-да - только и смогла выдавить я.
- Ужасный крем - со слезой в голосе сообщает Яич - У меня от него ноги коростой покрылись и на носу прыщик выскочил.
- Зачем вы его украли? - вызывающе спрашиваю я.
- У преподавателей очень маленькая зарплата. Приходиться принимать редкие скромные подношения от студентов - чуть не плача оправдывается он.
Больше вопросов я не задавала. Если зарплата настолько маленькая, что они готовы использовать сомнительные крема, то и взятку он примет без сомнений. Он горделиво, как индюк на птичьем дворе, вышагивал в потоке ярких красок и гомерического хихиканья, я же с трудом волочила ноги. Все же надо было надеть костюм клоуна, который подарила мне мама за окончание школы: в своем неприметном одеянии я только еще больше выделялась из толпы. И на меня все с интересом косились.
Борр Яич остановился у одного их ярких пятен. Мне пришлось прищуриться, чтобы понять, что это был обычный ларек. Он был окрашен в ярко красный цвет, сбоку была прикреплена огромная связка шаров. На крыше был вырезан огромный початок кукурузы с круглыми безумными глазами и хищно улыбающимся ртом. Початок смотрел на меня, изредка моргая, я заметила, как уголки его рта поползли вниз. Зачем мой препод тут остановился и что это за кукурузина, я не понимала.
- Эй - раскатисто гаркнул Яич - Купи мне сладкой ваты, живее.
Я трясущимися руками полезла за кошельком. Расплачиваюсь с продавцом и через минуту, преподаватель уже идет с розовым мотком ваты в руке. Он выглядел счастливым, но сдерживается, как и полагается доктору наук. Держит марку, да? Я же плетусь следом, решаясь заговорить о зачете.
- Борр Яич, я хотела с вами поговорить по поводу зачета. Вы помните?
Я ждала, пока он проглотит кусок сладкой ваты, чтобы мне ответить. Интересно, а не боится ли он встретить кого-нибудь из училища. Что тогда о нем подумают?
- Зачет получишь, если вечер мне понравится - его тон был безапелляционным.
Я обреченно опустила глаза. Значит, терпеть его весь вечер? Придется провести его по самым интересным аттракционам. Денег мне было на жалко, все равно на взятку была отложена сумма, окупающая развлечения, какая разница как их отдавать, оплатой покатушек в парке, или лично в руки. Но от самого присутствия этого человека мне было плохо и я просто хотела, чтобы всё это поскорее закончилось.
Он, в розовом передничке и кружевных носочках, просто останавливался у понравившихся атракционов и я, уже без напоминаний, понимала, чего он хочет. Яич выбирал попкорн, леденцы, шарики, тир, покататься на паровозике. Я послушно выполняла его просьбы. Если медлила, то он, своим зычным командным голосом говорил, что делать. Все происходило гладко. Он просил, я делала.
Так прошло часа, наверное, три. Я устала и от ходьбы и от вызванных Яичем галлюцинаций. Клоуны, крокодилы, воздушные шарики - всё смешалось в моей голове. Я просто безучастно следовала за преподавателем, как механическая кукла. В руках я несла извивающегося осьминога, которого он выиграл в тире. Борр Яич выбирал только детские развлечения, но парк был богат на куда более захватывающие аттракционы: "Покатайся на драконе", "Пройди седьмой круг ада", "Умри счастливым", "Последний прыжок". Как-нибудь надо прийти сюда одной и развлечься как следует. Себе я ничего не покупала, поэтому сухость во рту и голод увеличивали раздражение, но я держалась.
Наконец, Яич смягчился по отношению ко мне, заботливо спросил, не устала ли я и предложил сесть на лавочку и отдохнуть. Я была настолько счастлива, несмотря на ужасное самочувствие, что полезла в сумку за зачеткой и заранее припасенной ручкой. Наконец то я отработала и теперь могу идти домой. Но Яич яростно отмахнулся от протянутой ему зачетки:
- За кого ты меня принимаешь? Что люди то подумают?!
От возмущения, его бесформенное желейное лицо покраснело до темно-пурпурного цвета, а правый глаз начал искрить. Сил спорить у меня не было, я обреченно убрала зачетку обратно в сумку.
- В нашем училище не принято брать взятки. Так что постарайся меня задобрить сейчас. А я пока расскажу, как правильно драить палубу. Столько лекций на эту тему было, но ваша группа так ничего не усвоила. Главное для этого дела - хорошая тряпка.
Дальше он, видимо, начал зачитывать одну из своих лекций, так как я ни слова не понимала. Просто ждала, когда он закончит. А Яич зачитывал материал с белой карточки, вроде той, что выдал нам клоун на входе, в течении часа. Наконец, материал на карточке закончился, доктор кораблеломательных наук с некоторым отчаянием повертел карточку, затем потряс ее. Увы, текст там не появился.
Нам пришлось еще некоторое время сидеть в тишине. Уже вечерело, становилось прохладнее, и я начала надеяться, что он, в своей легкой одежде, замерзнет, поставит мне зачет и мы пойдем по домам.
Но Яич бодрым козликом вскочил и еще более раскатисто заявил:
- Это наша с тобой скамейка.
Пока я сидела и соображала, с какой стали он объявил парковую скамейку своей собственностью, он уверенно зашагал куда-то. Я чуть не потеряла его. Догнала я Яича стоящим у огромного корабля. Он буквально замер в немом восхищении.
- У нас в речном училище таких нет - пожаловался он.
Мне не интересно было речное училище. Я быстро смекнула, что Борр Яич сейчас стоит и буквально пускает слюни на этот аттракцион, а моя задача - устроить ему незабываемый вечер, насколько я помню. Ничего не говоря, оплачиваю два билета, себе и доктору кораблеломательных наук. Мы усаживаемся в удобные кресла, рядами расположенные на палубе, рабочий аттракциона надежно пристегивает нас. Я спокойно жду начала, хотя название "Круиз по Стиксу" не предвещает ничего хорошего.
Яич, привязанный рядом со мной занервничал. Я успокоила его, тихо сказав что мы всего лишь прокатимся на корабле, как он и хотел. Но служащий аттракциона нажал кнопку запуска. Меня кольнуло сомнение - почему кроме нас в корабль никто не сел?
Мы резко взмыли в небо. Я с паникой оглядывалась назад на землю, не понимая, что происходит, Яич, казалось, вообще не знал, что мы взлетели. А мы были уже очень высоко: парк внизу казался далеким, люди и клоуны - яркими точками. А мы все летели вверх. Да сколько же мы будем подниматься? Это же не космический полет!
На мгновенье зависнув на самой высокой точке, корабль начал падать. Я в ужасе зажмурилась. Надо было всё таки спросить, что это за аттракцион, прежде чем в него лезть. Запомню это правило на всю жизнь. Я боролась с желанием ничего не видеть и переждать это как кошмар и смотреть по сторонам, прочувствовать всю прелесть круиза по Стиксу в полной мере. Задача была сложная.
Внезапно, сидящий рядом, Борр Яич, о котором я совсем забыла, начал истошно кричать. Среди нечленораздельных воплей я расслышала нехорошие слова, вроде адресованные мне и обрывки фраз "куда ты меня привела?" и "не получишь ты зачет". Его вопли совсем отвлекли меня и поэтому я не смогла насладиться аттракционом. Когда корабль начал замедлять движение, я заметила, что вопли Яича превратились в болезненные стоны, но не обратила на это внимания.
Корабль остановился. Я, шатаясь, ступила на твердую землю. Я выжила, всё закончилось. Закончилось? Что с Борром Яичем, он подозрительно тих. До меня донеслись испуганные крики служащего. Как во сне оборачиваюсь: он ведь рядом сидел и вопил, он не мог упасть с корабля. Обернувшись, вижу что Яич тихо сидит на том же месте, опустив голову и безвольно раскинув руки. А служащий тем временем ощупывает ему пульс. Я медленно подхожу к ним. Отвратительное чувство от присутствия доктора кораблеломательных наук исчезло, мне стало легче дышать и осьминог, которого я так и не выпустила из рук, перестал извиваться. Цвета в парке потеряли свою кислотность.
- Что же вы натворили? - упрекнул меня служащий, долго мявшись, не понимая, как ко мне обратиться, потому что в моей теперешней одежде нельзя было найти ни одной зацепки насчет моего пола.
- Что мы натворили? - не понимаю я.
- Он мертв - со вздохом промолвил он - Нельзя пожилым людям на такой аттракцион. Сердце, вот видите, не выдержало. И у меня будут серьезные проблемы...
Это ты, мелкий безответственный бездельник, должен был сказать, когда мы с Яичем садились в этот корабль! А теперь я надеюсь, что тебя привлекут к ответственности. И нет мне тебя не жаль. Хорошо я сходила в парк, зачет получила, на карусельке покаталась.
- Нужно позвонить его родным - предлагаю я - Нужно... замолвить слово за упокой.
Учитывая, что он в смертном бреду кричал, что зачета я не получу, должна ли я воздавать ему последние почести? Обшариваю труп в поисках телефона и паспорта. Нахожу и то и то. Заглядываю в паспорт, телефон отдаю служащему.
"71 год рождения. Не такой он уж и старый. Стоп... 1871. Что это вообще? Ну да, правда, таким старым людям вредно кататься на экстремальных аттракционах" - я в ужасе передаю служащему и паспорт.
Наверное, мне нужно бежать отсюда, пока у меня не появились проблемы. Я поворачиваюсь в сторону выхода, но меня поспешно останавливают несколько слетевшихся на свежий труп охранников. Они берут меня в кольцо. Если буду вмешанна в дело о смерти Борра Яича, то вероятно моя карьера кораблеломателя загублена на корню. Кидаю трофейного осьминога в лицо одному из служащих и бросаюсь наутек. Злосчастный моллюск, или кто он, я не сильна в биологии, намертво прицепляется к лицу бедолаги.
Уже вечерело и поток ищущих острых ощущений в парке Покатайлы заметно поредел. Но от этого было только хуже - затеряться в толпе теперь куда сложнее. Я убегала, я спасала свою карьеру, с пеленок мечтала ломать корабли. А теперь убила профессора по кораблеломанию, который должен был обучить меня азам моей будущей профессии.
Мне удается оторваться от погони. Спрятавшись среди ларьков на выходе из парка, я смотрела, как служащие "круиза по Стиксу", взяв себе в помощники несколько клоунов на ламах, повсюду ищут меня. Из глаза похожи на датчики движения, увидеть меня в такой близости не составит для них труда. Мне нельзя здесь оставаться, и я максимально осторожно утекаю подальше от парка Покатайлы и трагически погибшего Борра Яича Подзалужного, светила кораблестроительных наук, так и не поставившего мне зачет. Хорошо, что я надела мешковидную тунику, которая скрывала мое лицо под капюшоном. Меня не узнают.
Ничто в училище не изменилось после смерти Яича. Сессия шла своим чередом, кучки будущих речных пиратов, загрязнителей водоемов и специалистов в других полезных областях, которых готовил наш БСРУ, толпились в коридорах в надежде сдать зачет. Теперь я была среди них. Я - убийца доктора наук тоже хотела получить долгожданный зачет по кораблеломанию.
Вместо почившего Борра Яича, зачет у нас принимал другой преподаватель - кто-то там с фамилией Килькоебетов, тоже доктор кораблеломательных наук, лет двести назад обучающийся в лучшем московском университете, как и все на нашей кафедре.
К нему выстроилась очередь из полсотни человек, каждого из которых он принимал по полчаса. Время в очереди тянулось мучительно медленно, казалось, моя очередь не наступит никогда. К тому же, редко видящие меня одногруппники странно на меня косились. Все таки я преподоубийца, и это бремя отпечаталось на моем лице, как мне казалось.
Наконец, очередь дошла и до меня. Уже смеркалось. И в темном коридоре, казалось начинают вечерний моцион училищные призраки, призрак Подзалужного, например. А захожу и темный кабинет Килькоебетова, имени его я не то, чтобы не запомнила, я не смогла его произнести.
Это худощавый человек с длинным невыразительным лицом, похожим на рыбье. Он как марионетка повернул голову в мою сторону и сложил руки на столе в замок. Вопрос читался в его взгляде даже в такой темноте.
- Пришла сдавать зачет - говорю я.
Он спросил мою фамилию и заглянут в список группы. Только не это. Посещений у меня было ноль, во всем виноват Яич, но это сейчас обидно было.
- Я не могу принять у вас зачет, слишком много пропусков - с сожалением произносит он.
- Может быть, я могу их как то отработать? - с надеждой спрашиваю я.
Да. Я могу. Пару кораблей сломать, как за милую душу. Практическое занятие, так сказать. А то сколько можно слушать лекции о том, как правильно драить палубу. Да и зачем нам эта наука? Мы ломает корабли, какая разница, чистые они при этом, или грязные. Но Килькоебетов просит меня немного подождать, заглядывает в журнал нашей группы, что то там ищет, мычит, иногда поднимает руку, чтобы почесать макушку. Сколько это продолжалось, я даже не знаю. Наконец он объявляет мне результат своем мыслительной работы.
- Я решил - говорил он, его голос слабый, гнусавый и тихий, в противовес Борровской пароходной трубе - Вы отработаете пропуски так...
Он выдержал паузу, снова что-то ища в журнале.
- Так... Как вы отработаете свои пропуски мы обсудим в эту субботу, в парке имени Покатайло, в четыре часа дня.
Выходя с девственно чистой зачеткой в пустой коридор, который с наступлением темноты начинал жить своей жизнью, я вспоминала бедолагу Яича. Что, если и для Килькоебетова эта суббота тоже станет последней? Я хочу ломать корабли, но тот, что на аттракционе "Круиз по Стиксу" не под силу сломать ни одному кораблеломателю.

@темы: сюрреализм, рассказы

главная